Гибель Византии 07.07.2013

Гибель Византии

Москву называли «Третьим Римом». А недавно промелькнула дата, на которую никто не обратил внимания – 560 лет назад рухнул «Второй Рим» - Константинополь. Он достиг высочайшего расцвета, одолевал всех врагов, но гибельными для него оказались не войны, а попытка подружиться с Западом, и подстроиться под западные стандарты. Вообще история этой державы представляется весьма поучительной, особенно для нынешних времен.

Когда Римская империя погибала под ударами «варваров», устояла ее восточная часть. Она по-прежнему называла себя Римской империей, хотя это было уже другое государство - греческое, и в историю внедрилось иное название - Византия. Это государство проявило поразительную жизнеспособность. В хаосе Раннего Средневековья оно осталось главным очагом высокой цивилизации в Европе. Византийские полководцы одерживали победы, флот господствовал на морях, а столица, Константинополь, по праву считался самым большим и красивым городом мира.

Империя была главным оплотом христианства, создала собственную мировую систему, православную – в X в. в нее вошла и Русь. Но и в западных странах, нищих и раздробившихся, церковь существовала благодаря поддержке греков – Константинополь выделял ей деньги, богослужебную литературу, квалифицированных священнослужителей. Со временем между Западной и Восточной церковью накопились существенные различия. Римcкие богословы были мало образованными, допускали серьезные ошибки в догматике. А главное – папы входили в роль лидеров «христианского мира». Они короновали и регулировали королей, начали ставить свою власть выше светской.

Тем не менее, римские первосвященники признавали себя вассалами византийских императоров – греки оказывали им покровительство, защищали от врагов. Да и среди западных властителей авторитет Византии был недосягаемым, перед ней заискивали, мечтали породниться с греческой династией, сватали царских дочерей и сестер. Подобной чести удостаивались очень немногие. Обычно отвечали, что они – короли «варваров» и не достойны получить в жены «рожденных в пуртуре» (как известно, св. Владимир вынудил византийцев к такому браку лишь силой, взяв Херсонес).

Сказочные богатства Византии привлекали многих, а лежала она на бойком месте, прикрывая границу Европы и Азии. На нее обрушивались нашествия персов, аваров, арабов, болгар. Но солдаты империи дрались доблестно. На защиту городов выходило все население. А инженеры изобрели страшное оружие - “греческий огонь”. Состав его не известен до сих пор, из сосудов специальной конструкции, установленных на стенах крепостей или кораблях, выбрасывались струи горящей жидкости, которую нельзя было погасить водой. Византия отбивалась от всех неприятелей.

Но Запад не испытывал столь мощных ударов, постепенно выползал из разброда, усиливался. А у греков накапливались внутренние болезни. Константинополь утопал в роскоши и разврате. Чиновники хищничали, столичная чернь избаловалась, жаждала пышных праздников, зрелищ, раздач денег, еды, вина. В XI в. инерция величия надломилась. Придворные группировки знати и олигархов стали сажать на трон своих марионеток, разворовывать казну. В погоне за источниками доходов развалили армию. Воинскую службу и содержание войск заменили дополнительным налогом. Объявили, что лучше нанимать профессионалов. Хотя наемники стоили впятеро дороже своих солдат, а собранные деньги до войск не доходили, растекались в карманы хапуг. Оборона рухнула, с севера начались набеги печенегов, с востока турок-сельджуков.

В Риме сообразили, что на помощь больше рассчитывать не приходится, и папа Лев IX нашел себе другую опору - пиратов-норманнов. В Константинополь из Ватикана пошли грубые и заносчивые послания, и в 1054г. латинская и греческая церкви разделились. А у греков безобразия и хищничества знати возмутили подданных, разразились междоусобицы. Этим воспользовались сельджуки, захватили почти всю Малую Азию, Сирию, Палестину.

В смутах победил Алексей Комнин. Положение империи было трудным, но не критическим. Печенеги далеко уступали по силе аварам или болгарам, а держава сельджуков распалась на эмираты, передравшиеся между собой. Но Комнин был по натуре убежденным “западником». Вместо мобилизации национальных сил он принялся наводить мосты с Европой. Против нападений норманнов царь позвал на выручку флот Венеции, а за это даровал ей право беспошлинной торговли по всей Византии. А в 1091 г. стало известно, что готовят очередные набеги печенеги и сельджукский вождь Чаха. Алексей запаниковал, обратился к папе и королям с посланием: “Империя христиан греческих сильно утесняется печенегами и турками… я сам, облеченный саном императора, не вижу никакого исхода, не нахожу никакого спасения… Итак, именем Бога умоляем вас, воины Христовы, спешите на помощь мне и греческим христианам…”

Помощи не потребовалось. Печенегов византийцы разгромили в союзе с половцами и русскими. А Чаха был убит в сваре с другими сельджукскими вождями, его поход не состоялся. Но император продолжал переговоры с Западом об “общих угрозах”, и папе Урбану II это пришлось как нельзя кстати, на соборе в Пьяченце был провозглашен крестовый поход. В 1096 г. на восток потекли лавины рыцарей. На греческой земле они в полной мере показали себя. Грабили, своевольничали. Но Комнин унижался и заискивал. Одаривал предводителей умопомрачительными сокровищами, лишь бы дружили с Византией, отвоевали бы ее потерянные территории. А крестоносцы от дармовых драгоценностей не отказывались, даже приносили за это вассальную присягу императору. Без особых трудностей разбили разрозненных эмиров, заняли Сирию и Палестину. Но заняли их вовсе не для греков. Выгнали императорских представителей из своей армии и стали на Ближнем Востоке полными хозяевами.

Сын и преемник Алексея Комнина Иоанн пытался исправить просчеты отца. В противовес Западу укреплял союз с Русью, выдал дочку за Суздальского князя Юрия Долгорукого. Венецианцам, душившим торговлю, отказался подтвердить привилегии. Куда там! Было уже поздно. Венеция тут же выслала флот, начавший опустошать византийские берега. Пришлось возвратить привилегии, еще и выплатить с извинениями «компенсацию убытков».

А наследник Иоанна Мануил Комнин оказался «западником» еще и похлеще своего деда Алексея. Давал иностранцам высокие посты при дворе, в армии, правительстве. Константинополь стал одеваться по европейским модам. Мужчины щеголяли в чулках и коротеньких штанишках, дамы напяливали высокие колпаки, стискивали бюсты корсажами. Излюбленным зрелищем стали рыцарские турниры. Кроме венецианских купцов, Мануил запустил в страну генуэзцев и пизанцев, подарил им такие же широкие права. Перенимались и западные модели управления. Архонты, правители провинций, которые раньше были лишь чиновниками царя, получили большую самостоятельность наподобие герцогов. А для сбора налогов внедрилась западная система откупов. Откупщики вносили в казну наличные, а с населения собирали сами, с лихвой.

Мануил заключил союз с Римом. Жертвовал Православием, соглашался подчинить Ватикану греческую церковь. А в отношении Руси политику резко изменил. Нацеливался подчинить ее своему влиянию. Поддержал усобицы, помог посадить на киевский трон Мстислава II, признавшего себя вассалом императора. Греческая митрополия развернула атаку на русскую церковь, снимала епископов, под пустяковым предлогом отлучила Киево-Печерский монастырь. Зато Мстислав II и митрополит Кирилл в 1169 г. торжественно встретили послов римского папы. Предполагалось заключить союз с ним, послать русских воинов на недруга Рима и Византии, германского императора. Совершить вероотступничество и втянуть Русь в чужую войну не позволил св. благоверный Владимирский князь Андрей Боголюбский. Выслал полки и захватил Киев. Мстислав II, грек Кирилл и папские послы сбежали, а из оскверненных митрополичьих храмов владимирцы увезли все святыни (Печерский же монастырь взяли под защиту).

Невзирая на этот «прокол», казалось, что именно сейчас Константинополь достиг вершины благосостояния. Гавань переполняли чужеземные суда. Состоятельные люди покупали импортные костюмы, диковинки, предметы роскоши. Кипело строительство – вельможи-взяточники, иностранцы, нувориши спешили выстроить себе новые дворцы, виллы. Но провинция разорялась. Откупщики обдирали людей подчистую. Деревни пустели и забрасывались. Города приходили в упадок и заселялись арабами, армянами, персами, скупавшими за бесценок дома и землю. А византийское население перетекало в столицу. Только здесь можно было безбедно прокормиться при “инофирмах”, на стройках, в порту, в услужении богачей. Константинополь превратился в мегаполис-паразит, высасывающий соки из собственной страны.

Народ роптал, и этим воспользовались проходимцы, рвущиеся к власти. Сына Мануила, Алексея II в 1182 г. сверг и убил дядя Андроник – объявив себя защитником народных интересов. В 1185 г. под тем же лозунгом его скинул с престола Исаак Ангел. Но становилось только хуже. При Ангеле, по словам современников, “должности продавались, как овощи”, “торговцы, менялы и продавцы платья удостаивались за деньги почетных отличий”. Доходило до того, что начальник тюрьмы Лагос выпускал на ночь воров и разбойников, а часть добычи шла ему.

С Западом Ангелы тоже дружили. Но Запад другом Византии так и не стал. Европейские короли вели тайные переговоры с недовольными, и покатилась волна «бархатных революций» - от Византии отделились армянская Киликия, Сербия, Болгария, Трапезундская империя. А архонты провинций пользовались полученными большими правами, не обращали внимания на правительство, даже воевали друг с другом.

Между тем, крестовые походы выдыхались. Мусульмане оценили алчность и жестокость европейцев. Особенно отличился этим английский король Ричард Львиное Сердце, тысячами истреблявший пленных. Население сплотилось против оккупантов, становилось ясно, что Ближний Восток не удержать. Но ведь вожделенные богатства и земли имелись гораздо ближе! Папа Иннокентий III с венецианским дожем Дандоло с 1098 г. принялись готовить Четвертый крестовый поход – на развалившуюся Византию.

Он состоялся в 1204 г. Крестоносцев было всего 20 тыс.! Но у Византии уже не было ни армии, ни флота. Адмирал Стрифн разворовал и распродал корабли, строевой лес, парусину, якоря. Оказался утраченным и «греческий огонь». Инженеров давно не готовили, состав забыли. Даже население Константинополя составляло полмиллиона! Но вместо обороны оно митинговало и грызлось, кто возглавит страну. Рыцари легко вломились в город. Убивали мало, но грабили капитально. Дворцы, дома, храмы. Из жителей отбирали молодых и красивых для продажи в рабство, а остальных обдирали до исподнего или догола (на Западе даже рубаха считалась немалой ценностью) и выгоняли вон.

И когда толпы ограбленных людей побрели по дорогам, жители провинции над ними смеялись! Дескать, так вам и надо, “зажравшимся” константинопольцам. Но вскоре пришел и их черед. Следом двинулись рыцари, делили деревни, и крестьяне вдруг узнавали, что они – крепостные. А крепостное право на Западе было крутым. Строй замок хозяину, паши на барщине, плати, за провинность изобьют или повесят. На месте Византии раскинулась Латинская империя. Развернулись гонения на православных священников, епископов, нагрянули каратели на Афон, пытали и казнили монахов, требуя перейти в католицизм.

И все-таки Господь помиловал Византию. Когда крестоносцы штурмовали Константинополь, группа молодых аристократов избрала императором Феодора Ласкаря. Он бежал в Малую Азию. На здешние окраины правительство давно махнуло рукой, не предоставляло им никакой защиты от сельджуков. Однако пограничное население научилось само организовываться, владеть оружием, наподобие казаков. Ласкаря сперва приняли неласково. Города не впускали его, наместники не желали подчиняться. Но следом наступали крестоносцы, и Феодор стал знаменем, вокруг которого собирались патриоты. Латинян отбросили…

Возникла Никейская империя, и чудесным образом произошло преображение. Все худшее, продажное, оставалось в Латинской империи, искало, как бы выгоднее пристроиться к оккупантам. А в Никею стекались лучшие, честные, самоотверженные. Была восстановлена патриархия – под ее эгиду перешла и Русь. Феодор опирался на простой народ — и побеждал всех врагов! Латинян, сельджуков, мятежников.

Его преемник Иоанн Ватаци провел реформы. На землях, конфискованных у изменников, создал крупные государственные хозяйства. Поддерживал крестьян, снизил налоги, лично контролировал чиновников. Предписал покупать отечественные, а не иностранные товары, и результат был потрясающим! Недавняя захудалая окраина Византии стала самой богатой страной Средиземноморья! Был построен мощный флот, границы прикрыли крепостями. Даже татаро-монголы не стали нападать на эту державу, заключили мир и союз. Никейские войска очистили от крестоносцев Малую Азию, начали освобождать Балканы.

Но… «народным царством» были крайне недовольны магнаты — при Ласкарях выдвигались не родовитые и богатые, а способные. В 1258 г. императора Феодора II отравили. Регентом при его 8-летнем сыне Иоанне стал глава заговорщиков Михаил Палеолог. А в 1261г. никейский отряд внезапным налетом отбил у крестоносцев Константинополь. Под шум торжеств по случаю освобождения столицы Михаил сверг и ослепил ребенка, сам надел корону.

Поднялось негодование, патриарх Арсений отлучил его от церкви, жители Малой Азии восстали. Но царь уже сформировал наемное войско и подавил мятеж жесточайшей резней. У руля государства опять очутились олигархи и жулики. Огромную казну, накопленную Ласкарями, транжирили на возрождение былой придворной мишуры. Вернулись худшие византийские пороки, амбиции, злоупотребления.

Михаил Палеолог снова взялся наводить дружбу с Западом и ради пущего взаимопонимания в 1274г. заключил Лионскую унию, подчинил церковь Ватикану. За отказ изменить Православию людей сажали и казнили, восстания топили в крови, а на Афоне опять зверствовали униатские каратели. Сын Михаила Андроник II пробовал исправить то, что натворил отец, расторг унию. Но разоренная страна уже не давала доходов. Пришлось расформировать флот, сокращать армию. На Балканах пошла полная неразбериха. Греки, сербы, болгары, латинские бароны, итальянцы увязли в войнах друг с другом.

А в Малой Азии из осколков различных племен возникла новая общность — османы. Никакого «турецкого завоевания» империи фактически не было. Османы просто заселяли земли, которые опустошили сами же византийцы в ходе подавления восстаний. Местные жители присоединялись к ним. От правительства они не видели ничего хорошего, с них только драли три шкуры. Турки же помогали своим, оберегали. Люди переходили в ислам и превращались в полноправных османов, община быстро росла.

В Константинополе поначалу не оценили опасности. Наоборот, начали приглашать турок для участия в войнах. Они брали дешево, довольствовались добычей. Османские отряды стали лучшими в греческой армии! Но в один прекрасный день турки на лодках стали переправляться через Дарданеллы, заселять Фракию, обезлюженную междоусобицами. Только тогда правительство схватилось за головы, но сделать уже ничего не могло. К османам стали переходить греческие архонты, превращаясь в турецких беев. Без боя сдавались города и оказывались в выигрыше. Пришедший в упадок Адрианополь (Эдирне) с 15 тыс. жителей султан Мурад сделал своей столицей, и он разросся в роскошный центр с населением 200 тыс.

За помощью византийцы обращались все туда же, на запад. В 1369г. император Иоанн V отправился в Рим. Лебезил, соглашаясь на унию, а папа далеко не сразу принял его, позволил поцеловать туфлю и принести присягу на верность. Потом Иоанн отправился к французскому двору, но ничего не добился, кроме новых унижений. А на обратном пути венецианцы арестовали его за долги. Благо сын выручил, прислал денег. Ну а когда Иоанн вернулся, султан цыкнул на него и указал: то, что за стенами Константинополя – твое, а вне стен – мое. И император смирился. Признал себя вассалом Мурада, стал платить дань, послал дочь в гарем султана.

Спорить-то было опасно. Турки покоряли враждующие между собой балканские народы: болгар, сербов. А Византия совсем оскудела. При дворе подавали глиняную посуду покрытую позолотой, на коронах и тронах сверкали стразы – подлинные камни заложили ростовщикам. Императоры продавали свои острова, города. А Константинополь разрушали сами жители. Растаскивали камни и кирпичи дворцов и храмов на новые постройки, маленькие и кособокие. Мрамор пережигали на известь. Жилые кварталы перемежались обширными районами руин и пустырей.

О национальном возрождении больше не помышляли. Боролись «туркофильская» партия, полагавшая, что надо слушаться султана, и «западническая», уповавшая на Европу. Запад и впрямь вмешался, в 1396г. начал крестовый поход (заранее распределив, какие страны и области кому достанутся). Но жители Балкан уже знали, что такое владычество крестоносцев. Даже сербы, 7 лет назад сражавшиеся с турками на Косовом поле, предпочли выступить на стороне султана. Европейцев вдребезги разнесли под Никополем.

Однако греческих «западников» это ничему не научило. Император Иоанн VIII очередной раз поехал с протянутой рукой по европейским странам. В результате в Ферраре и Флоренции созвали собор, и в 1439г. была заключена уния. Хотя итоги были плачевными. Занесшийся Рим в эту пору дошел до полного разложения нравов, на папском престоле сменяли друг друга взяточники, гомосексуалисты, убийцы. Подчиняться таким первосвященникам отказались Александрийский, Иерусалимский, Антиохийский патриархи, они предали унию анафеме. Ее не приняла и Русь, великий князь Василий II арестовал и изгнал присланного в Москву униатского митрополита Исидора.

Протестовало и большинство греков. Дошло до того, что униатский патриарх Григорий Мелиссин предпочел сбежать в Рим, а замену ему не решались поставить, страна осталась вообще без патриарха. Ну а турки в те века покровительствовали православию, не задевали веру. Папы еще дважды предпринимали крестовые похода, в 1443 и 1448гг., но османы вместе с сербами, болгарами, румынами дружно лупили рыцарей.

Наконец, султан Мухаммед II решил ликвидировать гнездо интриг, торчащее посреди его владений. Повод к войне дал император Константин XII, храбрый военный, но никудышный политик. Снова сносился с Западом, обратился к султану с дерзким посланием. В 1453г. турки обложили Константинополь с суши и моря. Европейские союзники греков, венецианцы и генуэзцы, поспешили заверить султана в своей лояльности, чтобы сохранить торговые выгоды. И даже родные братья императора Фома и Дмитрий, правители уделов в Морее, не помогли. Они в это время дрались между собой и договаривались, чтобы турки им подсобили!

Когда же Константин призвал к оружию население столицы, из 200 тыс. жителей откликнулось лишь 5 тыс. Кроме них, на оборону вышли дружина наемников, иностранные купцы со слугами – защитить собственные дома. Эта горстка сражалась героически, но силы были слишком неравны. 29 мая турки ворвались в город. Император и его соратники погибли. А остальные жители на самозащиту оказались уже не способны. Забились по домам и ждали, когда их кто-нибудь спасет или вырежет. Их и вырезали, а 60 тыс. продали в рабство.

Хотя Рим еще не угомонился, объявил новый крестовый поход «освобождать» греков. Пекся-то не о греках, а о спасении погибающей унии. Папские посланцы возбудили надеждами властителей уцелевших осколков империи, морейского Фому, трапезундского царька Давида, они восстали. Но западные рыцари слишком крепко получали от турок, желающих больше не нашлось. А султан сделал выводы: пока в его державе существуют кусочки Византии, Запад сохраняет повод для агрессии. В 1460г. Мухаммед II раздавил эти осколки.

Фома бежал, умер в Риме. Его беспутные сыновья Андрей и Мануил продавали права на византийский престол любому, кто заплатит (купили французы). А дочку Софью папа выдал замуж за русского государя Ивана III, надеялся через жену втянуть его в унию, но тщетно. Зато Иван III после этого брака включил в свой герб византийского двуглавого орла, и усиливающаяся Москва стала превращаться в «Третий Рим». В общем-то Запад и Русь разделили наследство Константинополя. Все материальные богатства утекли в Европу – то, что не разграбили крестоносцы, перекачали итальянские купцы.

А Русь унаследовала духовные и культурные сокровища. Переняла лучшие достижения греческой истории, философии, архитектуры, иконописи, унаследовала и роль мирового центра Православия. Кстати, папа Сикст IV пожадничал с приданым Софьи. Раскошеливаться не хотелось, но из Византии в Италию эвакуировали множество книг. Папе они оказались без надобности, и в приданое нагрузили огромный обоз. Это было единственное, что уцелело из колоссального багажа византийской литературы. Все остальное вскоре уничтожила инквизиция как «еретическое». Преподобный Максим Грек, увидевший собрание книг, попавшее в Россию, восхищался: «Вся Греция не имеет ныне такого богатства, ни Италия, где латинский фанатизм обратил в пепел творения наших богословов».

оko-planet.su
Считаете ли Вы, что потеря национального лица вождями Византийской Империи, отступление от канонов православной веры, поиск призрачного спасения в унии с Католической Церковью, которая вместо помощи против сарацин стремилась если и не поставить в зависимость от Ватикана, то уничтожить тех, кто не смог устоять в Истине, привели в итоге к падению Византийской Империи и передаче духовных символов православной веры России, которая должна извлечь исторические уроки из трагедии Византии и быть стойким оплотом православной веры во всем мире?





  

К списку опросов

Возврат к списку

Новости

21.09.2017
Азербайджан устанавливает израильскую систему ПРО «Железный купол»
Азербайджан начинает размещение израильской системы ПРО «Железный купол» для защиты нефтепровода Баку – Тбилиси - Джейхан, причина этого – размещение в Армении российского комплекса «Искандер», передает корреспондент газеты ВЗГЛЯД в Тбилиси со ссылкой на местные СМИ.
21.09.2017
ФРС США начнет с октября сокращать активы на своем балансе
Федеральная резервная система США с октября начнет сокращение активов на своем балансе.
21.09.2017
В Госдуму внесли законопроект о раздаче нефтяных денег россиянам
Группа депутатов от КПРФ внесла в Госдуму законопроект о распределении в равных долях между большинством граждан части доходов бюджета, связанных с добычей полезных ископаемых.
Все новости
Слава России МАПО "Народная защита" Созидатель Русский Дом Русская народная линия КПРФ Справедлив­ая Россия Москва 3 Рим